Милиция не придёт
Мне, как ни странно, понравились увиденные недавно по телевизору балабановские "Жмурки". Никто почему-то не заметил, что фильм этот, в сущности, экранизация Хармса. Логичное завершение трилогии, которую Балабанов начал экранизациями Беккета и Кафки. Все создатели российских фильмов "про бандитов" исходили из того, что у их героев где-то есть мама, жена, "человеческие привязанности", "психология". Ну, в крайнем случае, бандитские понятия. "Они, наверное, переживают", предполагал сценарист, поправляя очки. По крайней мере, он рассчитывал на то, что зрители будут тоже очень переживать, хрустя поп-корном. А в "Жмурках" взаимоотношения персонажей максимально просты. "Машкин убил Кошкина". Потом пообедал, пошёл спать. Потом и его замочил какой-нибудь Тикакеев. Машкин не нашёл, чем возразить, даже когда у него вырезали перочинным ножиком орган, похожий на сердце. Ничего, кроме брезгливости, Балабанов к ним не испытывает. Как и Хармс к своим насекомым, внешне очень похожим на людей. "Господи, ну сделай, пожалуйста, так, чтобы они все поскорее сдохли", - каждой своей строкой просил Хармс, твёрдо уверенный: у него и его друзей-обэриутов нет будущего – скоро его персонажи раздавят и Введенского, и Заболоцкого, и Вагинова, и единственное, что он может перед собственной гибелью – укокошить побольше хотя бы на бумаге. Но Хармс-то гуманист всё ж был, иногда ему и самому страшно становилось. По крайней мере однажды, когда, недолюбливая заодно и детей, попытался написать рассказ про старичка-маньячка, насилующего маленьких девочек: так стал вдруг себе омерзителен, что спешно ввёл в текст толпу Богоподобных милиционеров, обезвредивших злодея. Балабанов знает: милиция не придёт. Собственно, об этом и фильм.
Tags: Кафка, Хармс, кино
|